Анекдоты

– Что это ты делаешь, Коля?
– Смотрю на комету, дядя.
– Для чего же ты приставил к глазу пистолет?
– Как для чего? Да разве вы не знаете, дядя, что на комету нужно смотреть вооруженным глазом?!

– Что это у тебя за значки на пиджаке? – спрашивает бабушка у своего внука.
– Это значит, что я закончил два института! – с гордостью говорит внук.
– Неужели ты так глуп, что тебя не смогли выучить в одном?

– Что это, Анна Парфентьевна, ваш Саша в гимназию‑то перестал ходить?
– Взяла я его оттуда, Мария Кузьминишна, после начала ученья через три дня взяла…
– Что так?
– Да в этой гимназии, родная, каким‑то мертвым языкам обучают, а я упокойников до смерти боюсь.

– Чтобы пробудить у своего внука интерес к музыке, я купил ему скрипку. Но ничего из этого не вышло.
– У меня было то же самое, когда я подарил теще чемодан…

– Шеф на месте?
Да.
– Документы прочел?
– Нет.
– А когда сможет прочесть?
– Когда глаза после процедуры восстановятся.
– Чем-то закапал?
– Нет, залил.

– Штирлиц, по моему, нам следует зайти в этот подъезд.
– Ни в коем случае, Мюллер. Нас тут могут побить.
– Глупости. У вас навязчивая идея.
Они вошли в подъезд и через минуту появились сильно избитые.
– Как вам удалось это предвидеть, Штирлиц?
– Просто я вчера сюда уже заходил.

– Штирлиц, у вас есть план?
– Обижаете, герр Мюллер. У меня – водка. Я русский разведчик, а не туркменский!

– Шукур, вынужден тебя огорчить. Педсовет решил оставить тебя на второй год.
– Не беда, учитель! Драгоценный камень от шлифовки дорожает, мужчина в борьбе с трудностями умнеет.

– Шэн, разве так читают? Ты переворачиваешь сразу несколько страниц!
– Мама! Это книга про шпионов. Я хочу, чтобы их побыстрее поймали!

– Эдди, иди кушать! – зовет мама.
Эдди не отвечает, он занят игрой.
– Эдди, иди кушать, а то я буду сердиться!
– Мама, начинай пока сердиться, а я еще немного поиграю!

– Эдик, – сказала мама строго, – я не разрешаю тебе дружить с Леней. Он сорванец!
– А что он сорвал?

– Эй, Петро, куда это ты так мчишься?
– Да вот с Митьком подрался да так ему наподдавал, что будет помнить!
– А чего ты весь какой‑то взъерошенный и помятый?
– Да едва вырвался от него…

– Эй, ты, в синей шапочке, кончай в бассейне мочиться!
– Hy так все в бассейн мочатся…
– Hо не с тpамплина…

– Эй, Хемиш, чего это ты разъезжаешь на дамском велосипеде? – закричал Джок.
– Ты понимаешь, сегодня утром я поехал с хорошенькой девчонкой на пикник в лес. Там я ее как следует поприжал и стал бешено целовать. Ей это очень, очень понравилось, и она вдруг сказала: «Хемиш, я готова отдать тебе все, что ты только пожелаешь!» И я взял велосипед…

– Эй, цыганчонок, твоего отца поймали!
– Где?
– В погребе.
– Ха! В погребе кого хочешь поймаешь. А вот вы его в степь выпустите, тогда и попробуйте поймать.

– Экая досада! – говорит реалист Семечкин.
– Иду к Касаткину в гости, а адрес его забыл… вот хоть убей, не могу вспомнить, – дом ли его против женской гимназии, или гимназия против его дома?

– Энвер, что будет с родителями, когда они узнают, как ты учишься?
– У мамы душа заболит, у отца – руки.

– Этель, ты прочитала мою книгу со стихами, что я прислал тебе позавчера?
– Разумеется! Стихи просто замечательные. Не помню только, куда я положила книжку?
Маленький братишка:
– Этель, ты положила ее под ножку стола, чтобы он не шатался.

– Эти близнецы в вашем классе так похожи! Как вы ухитряетесь их различать?
– Очень просто. Казик умеет считать до ста, а Артур только до семидесяти.

– Это ваша крыса тут бегала?
– Это не крыса, а карликовая такса!
– Кот сожрал – значит крыса.

– Это правда, что человек самый умный на земле? – спрашивает Гафур учителя.
– Правда.
– Зачем же придумали слово «дурак»?

– Это правда, что шеф тебя повысил?
– Да, справедливость восторжествовала.
– Я бы сказал иначе: чем выше пьедестал, на который залез карлик, тем лучше видно, что он карлик.

– Эх… Душа болит!
– А ты ее лечишь?
– Когда лечу болит печень…

– Эээ ээ ээ, а почему на олимпийском знаке четыре кольца?
– Откат 20 %!

– Юноша! Уступите старушке место! – волнуется пассажир в трамвае.
– Не могу. Я спортсмен, мне нужно беречь силы перед первенством школы.

– Юркевич, назови какое‑нибудь вредное животное!
– Баран, господин учитель.
– Чем же он вреден?
– А как только я поем баранины, у меня всегда живот болит…

– Я в школу не пойду, – заявил пятилетний Сережа. – Там на экзамене ребят режут.

– Я выполню три твоих желания! – сказала золотая рыбка деду.
Обрадовался дед и говорит:
– Во первых, бабу помоложе! Во вторых, пива побольше! А в – третьих…
– Да уж знаю, – грустно молвила золотая рыбка, обильно натирая свое тело солью.

– Я же объяснил вам, что такое вычитание, – говорит учитель гимназии. – Скажем, дал я нищему двадцать копеек, на десять копеек он выпил вина, сколько у него останется?
– Десять копеек, – тянет руку Ашот.
– Верно, а как называется это действие?
– Выпивка, – ответил Ашотик.

– Я женился, жена работает в ГИБДД.
– Поздравляю!
– Да ну на! В первую же брачную ночь она меня оштрафовала!
– За что?
– За превышение скорости и остановку в неположенном месте…

– Я зарабатываю столько, что могу содержать трех таких женщин, как ты!
– Очень хорошо! В таком случае с нами будут жить моя мама и бабушка…

– Я знаю, – заявил Эрик, – что надо сделать, чтобы не было войны.
– Что? – поинтересовался отец.
– Надо, чтобы собрались все хорошие и убили всех плохих!

– Я мечтаю зарабатывать по десять тысяч долларов в месяц, как мой отец.
– Твой отец зарабатывает десять тысяч долларов в месяц?
– Нет, он тоже об этом мечтает.